Кое-какие размышления о ситуации в Палестине и вокруг неё - No War But The Class War

В регионе отмеченном непрерывной войной, спорадическими вспышками терроризма и постоянными репрессиями, одним из основных характерных признаков сложившейся ситуации стала серия событий в Палестине и на окружающих территориях, в результате которых произошла нейтрализация палестинского пролетариата. Основными ключевыми моментами были следующие. События Чёрного Сентября, когда Иорданское государство осуществило резню 30000 палестинцев в Аммане в 1970 г. Совместная атака ливанской и сирийской армий против рабочих беженцев в лагерях в Тель Аль Затаре, Ливан, в 1976 г. Развитие “Каменной Интифады” из спонтанного восстания и всеобщей стачки в националистическую борьбу (частично в результате утраты палестинскими рабочими своих рабочих мест в Израиле). Последующее развитие Интифады Аль Акса с её милитаризмом и исламизмом. Всё это шло рука об руку с постоянными репрессиями со стороны израильского государства. Все силы в регионе, и за его пределами, от сионизма до исламизма и арабского национализма и арабских монархий, объединились в попытке раздавить палестинский пролетариат.

Результатом развития капитала в регионе стала продолжающаяся до сих пор экспроприация палестинских крестьян, вместе с их последующей интеграцией в экономику. Напротив, палестинских рабочих при этом увольняли и заменяли мигрантами, производя т.о. двойное исключение, сначала арабов из Палестины, затем рабочих из капиталистического производства. Социально и политически мотивированное разрушение палестинского рабочего класса стало выражением общего развития международной экономики – только благодаря оттоку капитала с палестинской территории местный рабочий класс может быть нейтрализован полностью. Они стали не только политическим пассивом, но и экономическим расходом.

Импорт (не-еврейского) мигрантского труда в Израиль в 1990-х, заменил бунтующих палестинских рабочих, заложил новый слой в обществе, уже сильно раздробленном с рождения. Израиль был сознательным творением сионистского меньшинства немецких евреев с корнями в Восточной Европе. Но с самого начала, большинство его граждан составляли арабские евреи из таких далёких стран как Марокко и Йемен. Будучи далёким от однородного еврейского государства, Израиль оставался этнически поделенным: за европейцами на самой верхушке иерархии следовали арабские евреи, за ними израильские арабы, и, наконец, за теми палестинцы с оккупированных территорий. Новый императив для импорта дешёвого труда, также как и для импорта человеческого материала для израильского гражданства добавил новых сложностей к этой ситуации, в виде русских православных ‘евреев’, чёрных эфиопских евреев и мусульманских мигрантов-арабов, которые все стремились занять своё место в быстро видоизменяющейся ситуации. Мигрирующие арабские рабочие сами оказывались внизу, прямо над выброшенными за борт палестинцами. Это новое значение мигрантского труда и новый поворот в расщеплении общества на белых граждан, чёрных граждан и не-граждан демонстрирует сходство с развитием общества, а также рынка труда, в Европе.

Вслед за сжатием израильской экономики в последние пару лет, мы видели сдвиг в политике. В январе 2002 г. новым рабочим уже отказывали во въезде, а власти поставили перед собой цель производить 1000 увольнений рабочих-мигрантов в месяц. Таким образом израильское государство стремится снизить эффекты экономического кризиса через этно-социальную чистку, с целью укрепления национального и социального единства.

История удушения палестинского пролетариата в Палестине и вокруг неё, является также историей развития борьбы против израильской оккупации из борьбы с интернационалистической классовой перспективой, в которой классовый антагонизм был важной чертой, в борьбу с националистической (а следовательно буржуазной) перспективой, характерной чертой которой стал воинствующий исламизм.

Это развитие подпитывалось правыми милитаристскими элементами в израильском обществе и государстве путём незаконных поставок оружия исламистским группам и недавнего уничтожения сил Палестинской национальной власти. Стратегию израильского государства нельзя свести к чьей-то индивидуальной воле или к одному простому объяснению. Экономические, политические и идеологические факторы все сыграли свою роль. Однако важными приоритетами были защита территории, национальное единство в израильском обществе и поддержка со стороны западных держав (особенно США).

Борьба в Палестине, ориентированная на классовую перспективу обладала возможностью разрушения национального единства вместо объединения пролетариев по ту сторону границ. Такая борьба таила в себе угрозу как территориальной интегральности так и национальному единству Израиля.

С другой стороны, старые цели ООП, такие как светское демократическое государство на всей территории Палестины представляют собой реальную угрозу для интересов правящей верхушки Израиля. Приверженность ООП этой цели снижает поддержку Израиля Западом, выявляя его истинную природу, деспотичного государства, осущестляющего апартеид, а не маленького удалённого кусочка европейской социал-демократии, за каковой его так часто выдают. В ответ Израиль всегда обвинял ООП в терроризме, утверждая, что на деле ООП стремится совсем не к этому. Однако эта стратегия слаба, особенно в контексте соперничества между США и Европейскими державами. Поэтому спонсирование Израилем группы Хамас абсолютно логична. Что может быть хуже кровавого антисемитского, анти-западного движения, вроде политического ислама? Исламисты играют для израильского государства ту же роль, что сионизм и американский империализм для мусульманских государств. Отсюда священный союз сионизма и исламизма, каждый из которых поляризует собственное общество и общество врага, что в итоге приводит к мета-националистическому конфликту евреев/христиан/Запада против мусульман/арабов.

Поражение палестинского пролетариата происходило в трёх направлениях. Сначала было физическое уничтожение самых передовых элементов, десятками тысяч, затем социальная ликвидация пролетариата как наёмных трудящихся в зоне бывшей Палестины, и наконец, гегемония националистической, а затем исламистской идеологии. Такова ситуация на данный момент, но она не отменила возможность возрождения. Самая высокая надежда заключается в палестинской диаспоре; включающей в себя интернациональный рабочий класс на всём Ближнем Востоке и за его пределами. В самом палестинском регионе, существует также возможность, что уволенные пролетарии вновь интегрируются в наёмный труд, что содержит в себе возможность восстановления движения на пролетарской основе, когда рабочие вновь откроют для себя свою силу и свои реальные интересы и объединят вокруг себя социальные движения.

Если похоронить классовую борьбу как в палестинском обществе, так и в Израиле под их национализмом, это будет означать, что перспектива ‘Долой все войны кроме классовой’, та перспектива, что независимое пролетарское действие вмешается в конфликт, нереалистична в сложившейся ситуации. На данный момент, единственной возможной войной представляется национальная.

Тем не менее, отсутствие пролетариата действующего в своих собственных интересах не означает, что не может случиться ничего положительного. Отказ небольшого, но значительного меньшинства израильских солдат и резервистов участвовать в последней оккупации является важным расколом в израильском национальном единстве. Ясно, что в этом контексте взрывы камикадзе, которые лишь укрепляют израильское национальное единство и подрывают интернациональную оппозицию израильской агрессии, настолько же контрреволюционны, насколько бесчеловечны. Ещё одним положительным сдвигом стало вмешательство международных наблюдателей, из многих западных стран, и с разными политическими перспективами, поставивших себя между израильской армией и её мишенью, это был личный акт человеческой солидарности.

Недавние экономические и политические события на палестинских территориях обладали важным сходством с событиями в Афганистане и развитие политическиого ислама в обеих странах является выражением этих процессов, а не их причиной. Замедление накопления глобального капитала и его усиливающаяся концентрация в старых капиталистических странах означает эвакуацию производственного капитала с этих беспокойных рубежей. В мире, в котором остаётся меньше продуктивных и приносящих прибыль инвестиций, меньше шасов построить новые многомиллиардные фабрики по производству микрочипов и, более того, в котором происходит уничтожение уже существующего производственного капитала всё ещё может сохраняться нормальная рыночная конкуренция, осуществляемая другими средствами.

Продолжительное развитие продуктивности труда означает, что наиболее продуктивный, прибыльный капитал является самым крупным и самым современным – а также самым дорогим. Капиталистическая экономика, является ли она местной, национальной, региональной или глобальной, характеризуется циклами расширения и сужения, подъёма и спада, кратких в одном секторе, затяжных в цикле накопления на глобальном уровне. В период экономического спада, как сейчас, несмотря на продолжительность накопления капитала, экономика избавляется от невостребованных мощностей и увольняет невостребованных работников. Так, за последние несколько лет мы стали очевидцами того, как калифорнийская Силиконовая долина из предполагаемого нового экономического чуда стала сценой хаотичных аварий. Мы также видели драматичное закрытие мощностей в автомобильной промышленности и массовые увольнения в авиационной индустрии.

В то время как самая современная промышленность США и Европы чувствует лёгкое недомогание, экономики таких стран как Афганистан и Палестинские территории не имеют абсолютно никаких надежд на привлечение инвестиций для построения современной экономики. В этой ситуации, политический ислам с его акцентом на торговле и аренде, скорее, чем на производстве является ‘реалистичной’ альтернативой. Реалистичной в том смысле, что политический ислам осознаёт, что эти общества не могут экономически состязаться с господством глобальных капиталистических сил. Если во времена Мухаммеда, коммерческий капитал представлял собой вершины экономики и господствовал над производством, в наше время производство доминирует над коммерцией. Политический ислам представляет собой отсутствие перспектив как для развития в рамках глобального капиталистического общества, так и для освобождения от него.

Если в 1950-е на Ближнем Востоке, социализм мог выступать или за освобождение рабочего класса, или, чаще, за его противоположность, национальное развитие через государственную экономику, обе тенденции увязывались с экспансией капитала. В современную эпоху, отступление как рабочего класса, так и планов националистического капиталистического развития является выражением сжатия капитала. Исламизм заполняет вакуум, но только по умолчанию, из-за заблокированности позитивного развития.

США и Европа будучи в сердце мировых проблем (поскольку они находятся в сердце накопления капитала) являются важным местом для любого потенциального решения проблем.

Террористические атаки на небоскрёбы могут потревожить экономику (не очень сильно), но смысл остаётся в реальном преобразовании ведущем за пределы современного общества. Борьба против капитала и его государств кажется более явной в беднейших странах, где нередки вооружённые восстания. Но если борьба, преобразующая глобальное общество, вполне вероятно начнётся (или уже началась) в отсталых странах, она добьётся победы только тогда, когда она получит отклик и распространится в развитых странах.

Нет смысла отрицать, что за последние десятилетия пролетариат потерпел относительное поражение в Европе и США. Массовые увольнения и закрытия целых отраслей промышленности вместе с идеологическим наступлением на все формы коллективизма не сходят с повестки дня. За последние несколько лет борьба рабочих ни насколько не оживилась, в то время как радикальные социально-политические движения получили развитие. Оба процесса можно рассматривать как радикальное переустройство структуры пролетариата в ответ на капиталистическую реструктуризацию. Но это переустройство слабо и полно противоречий. Нынешняя ситуация не вызывает больших надежд на разрешение палестинской ситуации, как в самом регионе, так и извне, как в капиталистическом обществе, так и вне его. Человеческий ответ израильтян, отказывающихся служить, делегаций международной солидарности, антивоенных демонстраций, поддержки мигрантов, указывают за пределы этого мира, подчинённого капиталу. Пролетариат должен будет пройти видоизменения, как борющийся самосознательный класс, и неуклонно вести общество к социальному человечеству, в котором все нации и государства станут отдалённым воспоминанием.

Составлено некоторыми участниками встреч и обсуждений под лозунгом ‘No War but the Class War’. (‘Долой все войны, кроме классовой’).

Russian translation of 'Preliminary notes on the situation in Palestine and further abroad'. Taken from the No War But The Class War website.

Posted By

Spassmaschine
Aug 23 2009 01:51

Share

Attached files